astarta: (Джон)
Читаю в блокадной части воспоминаний Лихачева: "Эйхенбаумы кормили одну из дочек, так как иначе умерли бы обе", и понимаю, что выжившая дочь - это Елизавета Эйхенбаум, последняя жена Олега Даля и младшая Кенгуру, о которой упоминается в рассказе Виктора Конецкого "Артист".

еще цитаты )

А у Л. Пантелеева есть рассказ "Близнецы", и там тоже темой частый блокадный сюжет, жертвование родителями одним ребенком ради второго. Начинается он странно и неприятно: "Ах, какие это были славные поросята!" Всего одно неудачное слово, а получилось - "слопала-таки поганая, гугнивая, родимая матушка Россия, как чушка - своего поросенка"; вовсе не то хотел сказать писатель в слегка присусаленной книжечке про блокаду (есть у него и другая, пожестче, про то, как он выживал без прописки и карточек несколько месяцев).
astarta: (bathsheba)
Многочисленные цитаты из дневников Чуковского давно уже используются его биографами, понимающими, что написать так, как он, им никогда не удастся. Не могу удержаться и я и не выписать кое-что себе для памяти.

читать )
astarta: (bathsheba)
Дневники Шварца - очень интересное чтение. Как и многие из его поколения пишет он про детство, про известных и не очень известных (но не менее интересных) людей, про войну, про блокаду. Не знаю, рассчитывал ли он на публикацию своих записок, кажется, нет, так как был человеком очень в себе неуверенным и скромным. Оттого, возможно, и получились записи откровенными - откровенностью не скандального рода, а откровенностью пищущего для себя, без оглядки на тех других, кто будет читать.

В интеллигентских кругах возле искусства выработался свой жаргон, и женщины, овладевшие им, легко зачисляются в категорию умных. Особенно их много возле театра, жаргон тут беднее эрмитажного, но зато непристойнее и веселее. Тут женщины, овладевшие им, называются не умными, а остроумными. Попугаи, повторяющие чужие слова, обнаруживаются просто. Но попугаи, схватывающие чужой круг идей, числятся людьми.

Еще )
astarta: (bat)

Квинтэссенция аристократизма - высказывание Адама фон Тротта о русской княжне Мисси Васильчиковой:
«Ехал обратно с Мисси, и она снова меня поразила... В ней есть что-то от благородной жар-птицы из легенд, что-то такое, что так и не удается до конца осязать... что-то свободное, позволяющее ей парить высоко-высоко над всем и вся. Конечно, это отдает трагизмом, чуть ли не зловеще таинственным».

Читаю военный дневник Мисси, служившей в 1940-45 годах в Министерстве иностранных дел в Берлине. Необычное сочетание: записи о шляпках и шубках перемежаются новостями, давно ставшими историей, а в списке знакомых и друзей Мисси упоминаются очень интересные люди, о которых ниже дается краткая справка. На первый взгляд, это записи обычной девушки, не слишком утомляющей себя думами о не имеющем отношения к насущному. Тем интереснее узнать, что Мисси была членом антигитлеровского сопротивления. Мисси писала дневник по-английски, знала еще несколько языков; ее записи ясно рисуют образ космополитки, однако всю жизнь Мисси называла себя православной и русской.

О Мисси Васильчиковой

Дневник М.И.Васильчиковой (1940-1945)

Цитаты: )

Profile

astarta: (Default)
astarta

July 2017

S M T W T F S
      1
2345678
91011121314 15
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 04:44 am
Powered by Dreamwidth Studios